возврат к Cодержанию Переводов
возврат к Разные русские страницы
на Главную русск. стр. Нового сайта.
Tu stori "Finger in bandazh".
Tu stori "Duel" (in new narrow format-в новом узком формате).
Tu stori "Duel" (in old wide format-в старом широком формате).
* * * * * * *
Jeyms Heriot "Ol kriches, brayt en byutiful".
Traduk of Tatyana Sch., skulgerl of 9 klas, M-a.
Перевод с англ. на э-инг Татьяны Щ., 9-тиклассница, ныне врач-педиатр, М-а.
* новая редакция этой страницы- Andrus & Jelena, Estonia
Litl ket of kolonel Bozuort (chapter 50)
Кошечка полковника Бозуорта (глава 50)
(а рядом- параллельный текст на русск. языке, но не художественный,
а как бы подстрочный, дословный перевод с э-инга.
Получается вроде того же словаря, но удобно "под боком",
да ещё и беллетризированный словарь, т.е. полухудожественный)

En zet ay agein et Granvil Benet, in operat-rum of hi. No simpl rum bat real teatr, hirurg-teatr, ol in tails, viz greyt lamp zet pour brait lait on hed of impozant koleg of ay, zet baued ouve modern operat teybl in serkl of nerses in snou-vait medikal koats, on rous of sparkl instruments, en on litl no-help smol flaf bodi of animal zet prostrated on teybl. Hau ol zis no similar viz kondisions of ay vilaj praktik in obskur of ketl-sheds en pigstays o stebls viz enorm karkas of hors bitvin tu beyls of strou in midl of urin padls en manur. | И вот я снова у Гранвилла Беннетта, в его операционной. Не просто операционной, а настоящем хирургическом театре, облицованном плиткой, с огромной лампой, льющей яркий свет на голову моего импозантного коллеги, что склонился над современным операционным столом в кругу медсестёр в белоснежных медицинских халатах, над рядами сверкающих инструментов и над маленьким беспомощным пушистым тельцем животного, распростёртого на столе. Как всё это не похоже на условия моей деревенской практики в тёмных сараях для рогатого скота, в свинарниках или конюшнях с громадным туловищем лошади меж двух тюков соломы посреди луж мочи и навоза.

Til leyt zis aftenun ay no heved idea zet anaze vizit tu taun, tu Hartington, bied in stor of ay. Ay jast finished kap of ti ven dor-bel ringed. Ay goued along koridor, opened dor en sied kolonel Bozuort on step. Hi houlded viker ket basket. - Ken ay trabl yu fo moment, mister Heriot?- hi seyed bat vois of hi saunded difer zen yuzhl iven streynj, en ay luked ap et hi viz surpriz. | Допоздна (до исхода) этого дня у меня и мысли не было, что ещё один визит в город, в Хартингтон, заготовлен (в запасе) для меня. Я как раз закончил чашку чая, когда дверной звонок зазвонил. Я прошёл длинный коридор, открыл дверь и увидел полковника Бозуорта на ступенях. Он держал плетёную кошачью корзинку. - Могу я побеспокоить вас на минуту, мистер Хэрриот?- сказал он, но голос его прозвучал не как обычно, даже странно, и я посмотрел вверх на него с удивлением.

"Luked ap" bikoz moust pipl mast luk et kolonel Bozuort from belou tu ap. Hait of hi bied ouve metr en nainti, sin figur of strong vil men viz taf soldat feys... Bat nau zis peyl lips... Ay ofen sied hi no onli ven hi kamed tu veterinar bat in kvaiet kantri rouds araund Daroubi on big hors viz tu teriers zet troted behaind. Ay laiked hi. Ofkoz hi luked ez formidabl men bat hi olvez bied polait iven korties. En moo ouve ay viz ekspirens ays notised jentl hart in tritment of hi tu animals. - No trabl,- ay replayed.- Pliz, kam insaid. | "Вверх на него", потому что большинство людей должны были смотреть на полковника Бозуорта снизу вверх. Рост его был за метр девяносто, худощавая фигура волевого мужчины с жёстким солдатским лицом... Но сейчас эти бледные губы... Я часто видел его не только, когда он приходил к ветеринару, но и на тихих сельских просёлках вокруг Дарроуби верхом на большом коне с двумя террьерами, трусящими сзади. Он мне нравился. Конечно, выглядел он внушительно (грозно), но он всегда был вежлив, даже учтив. И сверх того я, опытным глазом заметил мягкое сердце в его отношении к животным. - Никакого беспокойства, - ответил я,- пожалуйста, заходите внутрь.

In veit rum hi gived basket tu ay. Nau ay sied safer in strein ays of hi en shok en perpleks in feys. - Zis litl Modi,- hi vik seyed. - Modi... blek ket of yu? Ven ay bied in haus of hi ay sied ez zis litl kriche, yuzhl bied in evidens, o rabed daun ankls of kolonel, o jamped on hi nis in no-fatig kompet viz tu teriers fo hi atenshn. | В приёмной он подал мне корзинку. Теперь я увидел страдание в его напряжённых глазах, потрясение и замешательство в лице. - Это малышка Моди,- слабо произнёс он. - Моди... ваша чёрная кошечка? Когда я бывал у него дома, я видел, как это маленькое создание, обычно всегда на виду, или тёрлась внизу о его лодыжки, или вспрыгивала ему на колени, в неустанном соревновании с двумя терьерами за его внимание.

- Vot hepened, shi il? - No... no...- Hi svoloued in konvuls en zen spiked odibl,- Aksi- dent, ay afreied... - Vot aksident? - Kar straiked shi... Shi never goued on road in front of haus bat zis aftenun shi saden dued zis... - Ay andestand.- En ay rezolut teyked basket from hi.- Vils of kar goued ouve shi? - No... ay no sink... bikoz zen shi raned bek intu haus. - O, zis vel,- ay seyed.- Zis saund ez houp. Probabl anising no veri serioz. Kolonel pauzed sekund. - Mister Heriot... ay vish yu vil bi rait... bat zis... zis anising... teribl... Feys of shi... Meybi bied onli lait blou... bat ay... ay no real ez shi... ken liv... - O... sou bed... ay sori. Bat kam viz ay. Ay vont luk. Hi sheyked hed. - No, ay vil stey hie if yu permit. En sam moo...- Hi brif en kares strouked palm on basket.- If yu vil desaid zet no-houp, pliz, put shi tu slip imediet... Shi no mast safer moo... Ay pazl-luked on hi viz astonish en haried along koridor tu operat-rum. | - В чём дело, она больна? - Нет... не...- Он судорожно сглотнул и затем произнёс внятно.- Несчастный случай, я боюсь... - Какой несчастный случай? - Машина сбила её... Она никогда не выходила на дорогу перед домом, но сегодня днём она вдруг сделала это... - Понятно.- И я решительно взял у него корзинку.- Колёса машины переехали её? - Нет... не думаю... потому что она затем прибежала домой. - О, это звучит обнадёживающе. Возможно, что-то не очень серьёзное. Полковник секунду помолчал. - Мистер Хэрриот... я хочу, чтобы вы оказались правы... но это... это что-то... ужасное... Её лицо... Может, и был только лёгкий удар, но... я... я не представляю, как она... может жить... - О... так плохо... простите. Но идёмте со мной, я хочу посмотреть. Он покачал головой. - Нет, я останусь здесь, если позволите. И ещё... Он нежно провёл ладонью по корзинке.- Если вы тоже решите, что безнадёжно, пожалуйста, усыпите её безотлагательно... Она не должна более страдать... Я недоуменно и с удивлением посмотрел на него и поспешил по коридору в операционную.

Ay puted basket on teybl en opened kaver. Ay sied litl lustr blek siluet in deps en ven ay riched shi viz keer, hed of shi slou raized en terned tu ay viz long, open-maus veil of agonia... Bat zis no bied jast open maus. Ol lou jo henged daun no-yus en mandibul boun shetered, en ay hiered sekond teribl kray from basket, en sied viz horor glimps of jeg-ends of vait bon in foum of blad en saliva... Ay kvik kloused basket en lined viz elbou on kaver... - О god!- ay gesp-matered.- O, god! Ay kloused ays bat no kened dispel memor of zis safer feys, zis teribl kray of pein en, moust bed, zis pazl-teror in ays, zet meyk sou difikalt luk kripl animal. Viz trembl hend ay hari-riched behaind on trey ampul of nambutal. Zis bied van sing zet veterinar ken du in zis keys: short kat agonia viz spid merci. En ay filed intu sirinj 5 miligram of nambutal- moo zen inaf. Shi vil drift intu slip en neve vil veyk agein. | Я поставил корзинку на стол и открыл крышку. Я увидел маленький глянцевый чёрный силуэт в глубине, а когда осторожно коснулся его, голова её медленно приподнялась и повернулась ко мне с долгим, с открытым ртом воплем агонии... Но это не был просто открытый рот. Вся нижняя челюсть свисала беспомощно, и нижнечелюстная кость была разбита вдребезги, и я услыхал вторичный ужасный вопль из корзинки, и увидал с ужасом проблеск зазубренных концов белой кости в пене крови и слюны... Я быстро закрыл корзинку и опёрся локтем на крышку. - О, боже!- Я пробормотал, задохнувшись.- О, боже! Я закрыл глаза, но не мог рассеять память об этом страдальческом лице, этом ужасном крике боли, и самое худшее, об этом недоуменном ужасе в глазах, из-за которого так трудно смотреть на искалеченное животное. Дрожащей рукой я торопливо нащупал сзади на подносе ампулу намбутала. Это было единственное, что мог сделать ветеринар в таких случаях: коротко прервать (сократить) агонию со скорым милосердием. И я набрал в шприц 5 кубиков намбутала- более чем достаточно. Она впадёт в сон и никогда больше не проснётся.

Ay opened basket en riched daun en ande litl ket en draiv nidl sru abdomen skin. Intraperitonal injekt- en end. Bat ven ay presed plunzher saden ez sambodi moo rezon-kalm teped ay shoulder en seyed: "Jast minut, Heriot, no hari. Vay yu no sink abaut zis moo?" Ay stoped afte injekted 1 miligram. Zis vil bi inaf fo anestezia. Afte fyu minuts Modi no vil fil nasing. Zen ay kloused kaver en begined vok araund rum. Ay repeered meni of kets viz breyk-jos in ay taim. Zis simed zey frekvant in zis trabl. En ay geined greyt satisfakt ven joyned frakturs en zen voched ez zey normal groued tegeze. Bat nau zis bied diferent, mach bed... | Я открыл корзинку, просунулся рукой ниже и под кошечку и ввёл иглу сквозь брюшную кожу. Внутрибрюшинная иньекция- и конец. Но когда я нажал поршень шприца, вдруг как-будто кто-то более рассуди- тельный и спокойный похлопал меня по плечу и сказал: "Минутку, Хэрриот, не торопись. Почему бы тебе не подумать над этим ещё?" Я остановился, введя 1 кубик намбутала. Этого будет достаточно для анестезии. Через несколько минут Моди не будет чувствовать ничего. Затем я закрыл крышку и начал ходить по комнате. Я "починял" много кошек со сломанными челюстями. Похоже, они частенько попадают в эту беду. И я получал большое удовлетворение, когда соединял отломки и потом наблюдал, как они нормально срастаются вместе. Но теперь это было совсем по-другому, намного хуже...

Afte 5 minuts ay opened basket en lifted litl slip ket zet ez reg doll seged on ay palm en puted shi on teybl. Ay klined maus of shi en keer-eksplored bay finger pises of jo. Ay trayed join zey tegeze. Jo breyked in tu en zet no difikalt join bos haf viz vair. Bat hau abaut brenches, zet olso breyked en smeshed bat in left en rait en in left iven tvais... En sam of tuses noked aut en azers stegered... Hau join zey? If bied vil bi posibel hould zey tegeze viz metal pleyts zet skrued intu boun... Meybi... If bied vil bi hirurg viz skil en ekvipment sou ez du zis job... BAT AY JAST NOU ZIS VAN! Nau ay keer-ekzamen slip ket. Ol zee bied in order aksept jo zet no-help henged. In meditat ay karesed shain smuz klin en svit-sent fer. Shi bied yang ket viz yiers of laif in front, en ay troted bek along koridor zet ask kolonel if ay ken teyk Modi tu Granvil Benet. Ven ay departed snou-storm begined, bat ay bied gled zet vey tu Harington bied daunhil bikoz meni hai-rouds vil bi sun no-posibel pas in nait laik zis. | Через 5 минут я открыл корзинку и приподнял спящую кошечку, которая как тряпичная кукла обвисла на моей ладони, и положил её на стол. Я очистил её рот и бережно обследовал пальцем части челюсти. Я попытался соединить их. Челюсть сломалась пополам, и было нетрудно соединить обе половинки проволокой. Но как быть с отростками, которые тоже сломаны и раздроблены, но слева и справа, а слева ещё и дважды... И некоторые зубы выбиты, а другие шатаются... Как соединить их? Если б было возможно удержать их вместе с помощью металлической пластины, привинченной к кости... Тогда быть может... Если бы был хирург с умением и оснащением, чтобы сделать эту работу... НО Я ЗНАЮ КАК РАЗ ОДНОГО ТАКОГО! Теперь я бережно обследовал спящую кошечку. Всё было в порядке, кроме челюсти, которая беспомощно свисала. Я задумчиво поглаживал глянцевый, гладкий, чистый и душистый мех. Она была молодой кошкой, с годами жизни впереди, и я припустил обратно по коридору, чтобы спросить полковника, могу ли я взять Моди к Гранвиллу Беннетту. Когда я выехал, началась метель, но я был рад, что дорога на Харингтон была под уклон, потому что многие дороги наверху вскоре будут непроходимы в такой вечер.

In veterinar hospital ay voched ez big men driled, skrued, syued stich afte stich. Zis no bied sort of job zet anibodi ken du viz moo spid, bat zis bied vanderful ez kvik zet fet fingers vorked. Vi bied in operat-rum olmost auer, bat ol zis taim Granvil bied in ful absorb en araund bied onli sailens o tinkl of instruments en reer abrapt-komands en samtaims saden fleers of anoy. Bat no onli nerses bied gilti. Granvil kompeled ay asist en ven ay feiled hould jo ekzakt ez koleg dezaired hi eksplouded direkt in ay feys: - No zet bladi vey, Jim!! Et vot hel yu pley?!! No, no, no, NO!!! O God Olmaiti!.. | В ветеринарной клинике я глядел, как большой человек сверлил, завинчивал и шил стежок за стежком. Это не была того сорта работа, которую кто-либо мог делать быстрее, но было удивительно, как быстро эти толстые пальцы работают. Мы были в операционной почти час, но всё это время Гранвилл был целиком поглощён, и вокруг были только тишина или позвякивание инструментов, да редкие отрывистые команды, а иногда вдруг вспышки раздражения. Но не одни медсёстры были виновницы. Гранвилл заставил меня ассистировать, и когда я неудачно удерживал челюсть, как коллеге желалось, он взрывался прямо мне в лицо: - Не так, чёрт подери, Джим!! В какого чёрта вы играетесь?!! Да нет, нет, нет, НЕ!!! О боже всемогущий!..

Bat et last ol bied finished en Granvil sroued of hi kep en terned avey from teybl viz zet eer of ful kraun-final vich meyked ay envi hi in ferst vizit. Ez rul, ay in vilaj afte operat vizaut nerses o asistents bied mast du taid in rum, vosh, klin en put in order ol instruments... En Granvil bied svet en in hi ofis voshed hi hends, drayed feys viz tauvel, veered elegant grey jeket from poket of vich hi teyked aut splendid paip. Zis bied diferent paip from last taim zet ay sied en ay lerned zet ol paips of Gravil bied no onli byuti bat big en zis paip hev boul ez kofe kap. Hi rabed paip jentl along said of hi nouz, gived polish viz yelou kloz zet olvez bied in hi poket en houlded paip viz lav ageinst lait. - Vot masterpis, a, Jim!? Real tru-vander!! Hi viz greyt kontent skuped tobak from vast pauch, tru beg, seted fair en paufed of svit-sent smouk et ay feys, zen teyked ay ande arm. - Kam on, led. Vail zey klier zee ay vil shou yu raund: vot en hau et pleys of ay. | Но наконец, всё было кончено, и Гранвилл сбросил шапочку и отвернулся прочь от стола с тем видом полного, венчающего финала, который заставил меня позавидовать ему в первое посещение. Как правило, я в деревне, после операции без медсестёр или ассистентов, должен был бы сделать уборку в помещении, помыть, очистить и сложить весь инструмент... И Гранвилл был потным и в своём кабинете помыл руки, вытер лицо полотенцем, надел элегантный серый пиджак, из кармана которого извлёк великолепную трубку. Это была другая трубка, в последний раз которую я видел, но я заучил, что все трубки Гранвилла были не только красивыми, но и большими, а у этой чаша была с кофейную чашку. Он потёр трубку нежно о бок носа, дал полировки (пополировал) жёлтой тканью, всегда бывшей в его кармане и подержал любовно трубку против света. - Что за шедевр, а, Джим!? В самом деле, подлинное чудо!! Он с превеликим удовольствием зачерпнул табака из обширного кисета, подлинной сумки, закурил и выпустил клуб душистого дыма мне в лицо, затем взял меня под руку. - Пойдём, дружище. Пока они убирают там, я покажу вам, что и как тут у меня.

En vi dued tur sru hospital, veit-rum en konsultat-rum, X-reys rum, dispanser en ofis viz indeks sistem viz keys-historis of ol pasients. Bat ay enjoyed moust ven voked along rou of vorm litl kabins vee greyt asortiment of litl animals rekavered afte zey operats. Granvil pouked viz hi paip et zey ez vi goued along: - Enterotomia, aural hematoma, entropia... Zen hi saden tended, puted finger sru vair net en bebled viz tender emosions: - Kam hie, Jorj, kam hie, litl felou, no fraitened, zis ay, ankl Granvil!.. Smol vest-hailender viz leg in jips-plaster hobled ez on stamp- protez tu front en koleg of ay tikled nouz of taini dog sru net. - Zis Jorj Uils-Fentam,- hi ekspleined,- praid en joy of old leydi Uils-Fentam. Nasti kompaund fraktur bat nau kondision of vi veri nais. Jorj sam shay bat nais litl chep ven yu vil nou hi, yes, old led?! Granvil kontinyued tikl litl sheg-mazl of Jorj en ay sied in dim lait ez short vait teil entuziast-veged. | И мы совершили тур по лечебнице, приёмной, консультационному кабинету, рентгеновскому кабинету, аптеке (dispanser- больничная аптека), и регистратуре с картотекой историй болезней всех пациентов. Но самое большое удовольствие я получил, пройдясь вдоль ряда тёплых маленьких кабинок, где большой ассортимент маленьких животных выздоравливал после их операций. Гранвилл тыкал своей трубкой в них (в их сторону), когда мы проходили мимо: - Удаление яичников, ушная гематома, заворот век... Вдруг он согнулся, сунул палец сквозь проволочную сетку и прожурчал с нежными эмоциями: - Поди сюда, Джордж, иди сюда, малыш, не бойся, это же я, дядюшка Гранвилл!.. Маленький вест-хайлендер с ногой в гипсе приковылял как на обрубке-протезе вперёд и мой коллега почесал нос крошечной собачки сквозь сетку. - Это Джордж Уилс-Фентам,- объяснил он,- гордость и радость старой леди Уилс-Фентам. Скверный составной (сложный) перелом, но теперь наше состояние великолепно. Джордж немного застенчив, но милый малыш, когда узнаешь его, да, старина?! Гранвилл продолжал почёсывать мохнатую мордочку Джорджа, а я видел в смутном свете, как короткий белый хвостик увлечённо вилял.

Litl Modi laied in last rekaver-pen, taini, trembl figur. Zis trembl mined zet shi kam aut from narkoz. Ay opened dor en streched hend tu shi. Shi stil no kened reiz hed bat shi luked et ay ven ay jentl-strouked said of shi. En maus of shi opened in feint miau. En viz sril of dip plezhe ay sied zet lou jo of shi ol rait! Shi kened open en klous maus, en zis disgast regs of flesh en boun nau onli in bed memor. -Marvel, Granvil!- ay mermered.- Absolut straik-marvel. Fain paip erapted puf of smouk in kvaiet plezhe. - Yes, zis no bed, felou. Vik o tu shi vil bi on likvid nurish en shi vil bi gud ez nyu. No problems vil bi ekspekt. Ау standed ap: - Greyt! Ay no ken veit zet tel tu kolonel Bozuort. Ken ay teyk shi houm tenait? - No, Jim, no. No zis taim. Ay vont luk afte shi kapl of deys zen meybi kolonel vil ken teyk shi hiself. | Маленькая Моди лежала в последнем "выздоровительном" загончике, крошечной, дрожащей фигуркой. Эта дрожь означала, что она выходит из наркоза. Я открыл дверку и протянул к ней руку. Она ещё не могла поднять голову, но посмотрела на меня, когда я мягко погладил её бочок. И рот её приоткрылся в слабом мяу. И с трепетом глубокого удовольствия я увидел, что нижняя челюсть её в полном порядке. Она могла открыть и закрыть рот, и эти отвратительные лохмотья из плоти и кости теперь только в плохой памяти. - Дивно, Гранвилл!- пробормотал я.- Безусловно, поразительное чудо! Прекрасная трубка извергла облако дыма в тихом удовольствии. - Да, неплохо, дружище. Неделю или две она побудет на жидком питании и будет хороша, как новая. Никаких осложнений не предвидится. Я поднялся: - Чудесно! Я не могу дождаться (мне не терпится), чтобы рассказать полковнику Бозуорту. Могу я забрать её домой сегодня вечером? - Нет, Джим, нет. Не сейчас. Я хочу присмотреть за ней пару дней, а там, может быть, полковник сможет забрать её сам.

Hi lided ay bek intu brait-lit ofis vee hi saden sajest et ay: - Jim, yu laik kam viz ay tu miting? - Miting?! - Yes, profesor Miligan kamed from Edinburg spik in Nors Veterinar Sosaieti abaut metabolik dizises. Ay sink yu vil enjoy zis. - Yu min milk fever, asetonemia en ol zet?! - Korekt. Rait on yu strit, old san. - Ve-e-el, zis sou... Bat ay standed stil fyu moments in zis sot: vay eksluziv spesialist by smol animals laik Granvil vonted hier abaut kau ilnes?! Ofkoz hi simpl vonted teyk brod viu on veterinar nolij. - Ay bied vil laik hev yu kompani, Jim. - Vel, en ay laik kam viz yu. Jast let ay ring tu houm zet ay deley. En nekst dey Granvil ringed en seyed, zet litl ket Modi begined lep milk. * * * * * | Он повёл меня обратно в ярко освещённый офис, где неожиданно предложил мне: - Джим, не хотите ли съездить со мной на собрание? - Собрание?! - Да, профессор Миллиган приезжает из Эдинбурга прочитать в Северном Ветеринарном Обществе о метаболических болезнях (обмена веществ). Я думаю, вы получите удовольствие. - Вы имеете в виду молочную лихорадку, ацетонемию и всё такое?! - Точно. Как раз с вашей улицы, старина. - Э-э, это так... Но я постоял ещё несколько секунд в такой мысли (занятый этой мыслью): почему исключительно специалист по мелким животным, как Гранвилл, хочет послушать о коровьих болезнях (молочного скота)?! Конечно, он просто захотел получить широкий взгляд на ветеринарное знание. - Я хотел бы с вами за компанию, Джим. - Ладно, и я хочу съездить с вами. Дайте только я позвоню домой, что я задерживаюсь. А на следующий день позвонил Гранвилл и сказал, что кошечка Моди уже начала лакать молоко. * * * * *

Hi luked ez formidabl men...
* * * * * * *

Haвepx страницы
возврат к Cодержанию Переводов
возврат к Разные русские страницы
на Главную русск. стр. Нового сайта.
Tu stori "Finger in bandazh".
Tu stori "Duel" (in new narrow format-в новом узком формате).
Tu stori "Duel" (in old wide format-в старом широком формате).
© Espering, 2011